Интернет-каталог отечественных монет
"Константиновский рубль. Новые материалы и исследования". А.С. Мельникова. Константиновский рубль и история его изучения.
Главная
Ценник

Д.Ф. Кобеко. Гравюра К. Кастелли.

Публикация Кобеко прояснила следующие основные моменты:

акция по изготовлению константиновского рубля производилась с ведома и по указанию Канкрина;

осуществлялась она на Монетном дворе;

готовились по меньшей мере три пары штемпелей;

рубль Ф. Ф. Шуберта оказался незаконченной пробой без гуртовой надписи;

изготовлено было не менее пяти законченных экземпляров рубля с гуртовой надписью;

с воцарением Николая I Канкрин принял энергичные меры к засекречиванию всего, что было связано с этой акцией.

Остальные вопросы оставались открытыми, что давало простор для предположений, догадок и домыслов.

Сама история появления константиновского рубля выглядела следующим образом. Когда в ноябре 1825 г. умер бездетный император Александр I, наследовать престол должен был его брат, Константин Павлович. Однако только царица-мать, Николай Павлович и несколько самых близких царской семье лиц знали, что в 1819 г. Константин отрекся от своих прав на престол. В 1823 г. это отречение было облечено в форму манифеста Александра I, в котором наследником назначался третий брат — Николай Павлович. Манифест хранился в секретном пакете, распечатать который следовало только после смерти Александра I. Известие о смерти императора в Петербург пришло 27 ноября и в тот же день, спустя несколько часов, этот пакет был прочитан в Государственном совете. Однако еще до вскрытия манифеста Константину присягнул Николай, начала присягать гвардия. Константин Павлович, который с 1815 г. находился в Варшаве, отправил с нарочным (им был младший брат, Михаил Павлович) свое подтверждение отречения от прав на престол, но ехать в столицу для публичного заявления об этом категорически отказался. Две недели длилось междуцарствие, так как повсеместная присяга Константину формально делала его правителем страны. В этой обстановке на Петербургском Монетном дворе срочно начались работы по изготовлению пробного образца новой рублевой монеты с именем и портретом Константина. Были приготовлены проектные рисунки лицевой и оборотной сторон. По этим рисункам одновременно стали резаться три пары штемпелей. Пока на Монетном дворе резчики торопились приготовить штемпели и приступить к чеканке образцовых монет, междуцарствие пришло к завершению. Вечером 13 декабря Николай объявил Государственному совету манифест о своем воцарении. Весть об этом облетела столицу. Для участников тайного общества — будущих декабристов — она послужила сигналом к открытому выступлению. На 14 декабря назначалась переприсяга войск. Под предлогом защиты прав Константина, у которого брат узурпировал престол, солдаты под руководством вождей тайного общества должны были отказаться присягать Николаю, захватить Зимний дворец и Петропавловскую крепость и, окружив Сенат, заставить опубликовать «Манифест к русскому народу», в котором провозглашалось уничтожение самодержавия и отменялось крепостное право. Предполагалось убийство царя.

После публикации Кобеко стало ясно, что министра финансов эта же весть о «переприсяге» побудила срочно ликвидировать следы неуместной акции по выпуску монет Константина I. Работы немедленно прекратились, и все материальные остатки ее — проектные рисунки, штемпели, оловянные слепки и готовые монеты переправлялись с Монетного двора в Министерство финансов, где были надежно спрятаны в секретном архиве. Восстание 14 декабря, когда имя Константина противопоставлялось имени Николая, превратило действия министра финансов в отнюдь не безобидную ошибку, которая могла бы иметь для него самые плачевные последствия.

Восстание декабристов было подавлено, его руководители казнены, участники упрятаны за тюремные решетки, сменившиеся затем каторгой и ссылкой. События и люди 14 декабря стали запретной темой. Эту же участь невольно разделил и константиновский рубль. Но к 1880 г. восстание 14 декабря стало уже историей, и рубль перестал быть закрытой темой. Более того, еще в 1879 г. император Александр II распределил сохранившиеся монеты между членами царской фамилии. Один из рублей по просьбе директора Эрмитажа А.А. Васильчикова был передан в Отдел нумизматики Эрмитажа (Васильчиков, правда, просил передать в музей все пять экземпляров, но царь решил иначе). Одну из монет Александр II оставил себе, другую передал принцу Александру Гессенскому, третью — великому князю Георгию Михайловичу, владельцу великолепного собрания русских монет, инициативе которого, видимо, принадлежало рассекречивание тайны министерского архива. Четвертая монета попала к великому князю Сергею Александровичу, который в последующем стал генерал-губернатором Москвы.

Медаль-сувенир для посетителей мюнц-кабинета великого князя Георгия Михайловича. Работа А. Шарфа, а гурте вычеканены имя владельца коллекции и дата осещения. В Эрмитаже имеются медали с годами от 1896 по 1908.

Многим казалось, что сообщение Кобеко, взволновав на некоторое время страсти коллекционеров-нумизматов, «закрыло» тему константиновского рубля. Все извлеченные из секретного архива пробные рубли обрели своих владельцев. Выяснилось также, что опубликованный в 1857 г. рубль Шуберта, попавший в 1874 г. в коллекцию братьев И.И. и Д.И. Толстых, имеет отличие от тех, которые хранились в Министерстве финансов: у него был гладкий гурт, в то время как пять рублей из архива имели гуртовую надпись. Из этого следовало, что с Монетного двора в 1825 г. вышли не только законченные пять монет и оловянные оттиски, которые снимались с штемпелей в процессе работы над ними, но и проба штемпелей на серебре, которая приобрела вид константиновского рубля без гурта.

После 1880 г. история константиновского рубля направляется по двум руслам. Он занимает прочное первенство в числе раритетов, за которыми охотились все владельцы крупных коллекций, достаточно состоятельные, чтобы иметь возможность приобрести эту баснословно дорогую монету. С другой стороны, возник подлинно научный интерес к истории появления рубля. Публикация Кобеко оставляла много неясностей. По двум документам нельзя было установить ни сроки работы над константиновским рублем, ни имена всех тех лиц, инициативе и труду которых они обязаны чеканкой, ни количество законченных рублей и проб. Впрочем, следует признать, что научный аспект изучения константиновских рублей волновал тогда очень немногих. Научная проблематика сосредоточивалась вокруг древних и средневековых монет, а русская нумизматика «императорского» периода, т.е. монет XVIII— XIX вв., была практически целиком отдана на откуп коллекционерам-нумизматам, а их более всего интересовали чисто практические вопросы — поиски уникумов и цены на них. Поэтому константиновский рубль после 1880 г. фигурировал чаще всего только в описаниях коллекций и аукционных каталогах [12;13, с. XII и 261 — 262; 14]. Из числа работ, целиком посвященных этой теме, можно назвать работу И.К. Антошевского, который неудачно попытался свести концы с концами в разноречивых сведениях о константиновских рублях, а также брошюру С.Ф. Либровича, носившую откровенно беллетристический характер [15; 16, с. 696—697; 17; 18, с. 731 — 732].

Поиск
Часто задаваемые вопросы
Книги